Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: саша (список заголовков)
00:59 

Запись двадцать первая

Метеорологическая станция им. Б. Гувера
Это был долгий, очень долгий день – и сколько же страниц я исписал, пытаясь хоть немного упорядочить произошедшее. Сколько времени понадобится, чтобы упорядочить мысли – я и представить боюсь, слишком уж много всего произошло за какие-то несколько часов. Одного лишь возвращения Берика с лихвой хватило, чтобы всерьёз и надолго выбить меня из колеи, но ведь этим не ограничилось. Ехидные комментарии Райнера упорядочиванию, кстати, совершенно не способствовали: он засыпал меня подколками – безобидными, но от того не менее обескураживающими, - стоило мне только войти в казарму. Правда, комментировал он не очень долго – я сослался на усталость и отвернулся носом к стенке (я всегда сплю у стены – так меньше вероятность, что я кого-нибудь – чаще всего, разумеется, Райнера, - пну во сне), но уснуть не удалось – я так и лежал, замотавшись в одеяло, как в кокон, слышал, как старый дребезжащие часы отбили одиннадцать, полночь, час, как вернулись с празднования заметно захмелевшие ребята. Судя по голосам, Конни сильно перебрал, да и много ли ему надо, с его комплекцией?
Я рассматривал паутинку в углу под потолком почти до самого утра, а затем решил снова взяться за перо. Делать записи лёжа, конечно, не очень удобно, но выбирать не приходится. Благо, тусклого света, пробивающегося из окошка, вполне хватает.

Просто эта ситуация со спонтанными Сашиными объятиями никак не идёт из головы.
Я уже говорил – я не люблю, когда ко мне прикасаются, да даже когда люди просто оказываются слишком близко – у меня начинается форменная паника. Как правило. Вернее, без паники и в этот раз не обошлось, но неприятно точно не было. Пожалуй, даже наоборот. И совсем не так, как когда меня и Райнера сгрёб Берик – это другое, совсем другое, общего мало. Хотя, честно говоря, мне и тогда было очень неловко, а тут и вовсе стоял, будто к земле прирос, и хлопал глазами, как какой-то одуревший филин, и сердце колотилось слишком уж быстро – от паники, не иначе.
Но вынужден признать - живое человеческое тепло ни с чем не сравнить. Это и через зимнюю униформу ощущается.

Так мы стояли и молчали, и это было даже уютно, если можно так выразиться. А затем Саша отстранилась – видно, ей и самой было неловко, - и сказала… «спасибо тебе, что ты у нас есть», если быть точным. Мне было и странно, и горько от её слов.

Не надо так говорить, Саша. Ты искренний человек, я знаю, но ты не понимаешь, о чём говоришь, не осознаёшь, как ты ошибаешься.

А затем она пробормотала совсем уж невнятные извинения, и убежала в казармы. Я, наверное, с пару минут так и простоял, уставившись в снежную темноту, а затем медленно, как в полусне, побрёл обратно.

Я не совсем понимаю, почему Саша так себя повела – в конце концов, мы с ней никогда толком не общались… Во всяком случае, не больше, чем с любым другим из бывших кадетов сто четвёртого, тем более, я вообще держался особняком.
Я совершенно не понимаю ситуацию, и меня это беспокоит.
Наверное, нужно будет с ней поговорить. Вот только я понятия не имею, с чего начать разговор. И что-то, подозрительно напоминающее здравый смысл, подсказывает мне, что в книгах я подсказки не найду. И ещё более настойчиво подсказывает, что спрашивать совета не стоит. Ни у кого.
Стыдно быть таким тюфяком, Гувер. Почти семнадцать лет уже, соберись.

@темы: Саша, Личное

01:39 

Запись двадцатая

Метеорологическая станция им. Б. Гувера
Скажу со всей откровенностью - я никогда не умел разговаривать с девушками. Особо и не пытался, если честно, и ход их мыслей для меня всегда был тайной за тремя стенами.
Вот и в этот момент - я совершенно не знал, как правильно отреагировать. В итоге я жутко смутился. Если бы не темнота, скрадывающая краски, моё лицо наверняка являло бы собой роскошную палитру всех оттенков красного.
В самом деле, что тут ответишь?
Все эти три года я целенаправленно старался не слишком сближаться с людьми - по вполне понятным причинам. С Армином, правда, сошёлся довольно неплохо, но это было такое тихое редкое общение - обсудить книгу, теорию, новости из столицы. Ничего личного. Эмоциональной привязанности я старался избегать всеми силами, и теперь мне было попросту неловко.
Я начинал жалеть, что вызвался громоотводом. Так-то я предпочитаю отмалчиваться, лгать я не люблю и не очень-то умею... Впрочем, с легендой особый случай. Прояснить ситуацию было необходимо, чтобы не возникало ненужных домыслов, и этим лучше было заняться мне, а не Райнеру, обладавшему обходительностью и тактом весеннего лося. И уж точно не Берику… Но теперь-то что делать? Как объясниться?
А Саша ещё и выглядела так, будто вот-вот расплачется.
Я запаниковал.
У меня самого глаза то и дело были на мокром месте, но что делать, плачут другие - я не знал.
Скорости, с которой мысли носились по моей черепной коробке, позавидовал бы весь кадетский корпус во время тренировок – даже инструктор Шадис оценил бы. Правда, бегали эти мысли хаотично, сталкиваясь друг с другом и от того путаясь ещё сильнее.
Господи, ну почему она так реагирует? Я бы ещё понял, если бы она такое Райнеру сказала, они ведь друзья… Может, Конни это имел в виду, когда говорил, что девушки думают "как-то иначе"? Я-то читал, что женское восприятие и мышление в большей степени базируется на эмоциях и тому подобном, и в меньшей – на логике, а потому «пытаться понять женщину – пропащее дело», но имя автора той книжки у меня особого доверия не вызывало, так что лучше о его советах забыть и «ориентироваться по ситуации», так, что ли?..
Честно, я чувствовал себя хирургом, проводящим операцию мясницким секачом.
- Саша, ну что ты такое говоришь? - пробормотал я, нервно похлопав её по плечу. - Конечно, если хочешь - мы можем общаться…
Я хотел добавить «было бы из-за чего переживать», но не успел, так как из лёгких попросту вышибло воздух.
Вообще-то я стараюсь избегать прикосновений. Вот не знаю, я всегда начинаю паниковать, если меня трогают – пусть даже случайно задевают плечом в толпе. У меня с детства так. Правда, Берик и Райнер со своей неуёмной тягой к объятиям меня с этим немного примирили – тётушка Ида говорила, что у них «кинестетическое восприятие», и что для них это совершенно нормальная форма общения. Но они были скорее исключением из общего правила. Ну и, конечно, спарринг – совершенно отдельный случай, бой есть бой, пусть даже и тренировочный, но в повседневной жизни я всегда старался держаться особняком – не в последнюю очередь и из-за этого своего «пунктика».
А теперь на мне попросту повисла Саша, крепко стиснув в медвежьих, несмотря на её небольшой рост, объятиях, и я совершенно не представлял, что мне делать дальше, кроме как мысленно вопить и мысленно же панически искать способ удрать.

@темы: Детское, Берик, Личное, Райнер, Саша

20:04 

Запись девятнадцатая

Метеорологическая станция им. Б. Гувера
У Саши очень живая мимика, я это и раньше замечал. Все её мысли отражаются на лице задолго до того, как она их озвучит.
Это было даже забавно, хотя в тот момент мне было совершенно не до смеха. Если она действительно слышала больше, чем стоило бы, и сделала какие-то выводы…
- Ну, ничего такого особенного, знаешь ли... - пробормотала Саша, побегав глазами. Меня это насторожило, а она, немного помолчав, продолжила:
- Бертольд, скажи, ты же не веришь, что этого Берика титан пожевал, верно? – Саша смешно прищурилась в спины отдаляющимся Райнеру и Берику, мигом став похожей на куницу - Не похож он на пожёванного! Совсем! Руки-ноги целы, да и всё у него на месте. Даже не хромает.
Я мысленно заставил себя не паниковать.
- Не похож, - отозвался я. - Но не верить не могу - сам видел, как его… хм… пожевали.
Лицо Саши мгновенно вытянулось, став по-детски удивлённым.
- К-как это сам видел?! – сипло переспросила она. - Погоди-погоди... да к-кто он вообще такой-то? Ты ж вообще ни с кем кроме Райнера и Армина не общаешься, откуда ты...
Саша замялась, а мне отчего-то вдруг стало смешно. Как изящно меня лишили права на жизнь до армии, это даже забавно.
Впрочем, я никогда ничего о себе не рассказывал, кроме давнего, ещё три года назад, разговора с Эреном, стоит ли удивляться. Пожалуй, можно немного дополнить паззл моей жизни новыми деталями. Как бы всё это так подать, чтобы самому потом не запутаться…
Мне за шиворот упала и мигом растаяла большая снежинка, ненавязчиво напомнив, что на дворе зима и очень даже минусовая температура.
- Пройдёмся? – немного невпопад отозвался я, будто пытаясь отсрочить неудобный разговор хотя бы на полминуты. - Будем стоять на месте - замёрзнем.
Саша не возражала – может, от шока, может, тоже замёрзла. На ходу думалось немного лучше.
- Мы росли вместе, - начал я. Лучшая ложь - это половина правды, разве не так? – Райнер, Берик и я. Одиннадцать лет назад в нашей деревне произошёл очень неприятный случай, многие погибли, включая моих родителей и родителей Райнера. Нас растила мать Берика.
Я вспомнил улыбчивую светлоглазую тётушку Иду и невольно улыбнулся. – Для нас с Райнером он был старшим братом. Так что, можно сказать, я знаю его достаточно хорошо.
Как бы получше адаптировать уже существующую легенду…
- Наша деревня находилась на юго-востоке Марии, - продолжил я, глядя в снежную завесу прямо перед собой. – Глушь, какую поискать надо. Когда проломили Марию - мы ничего не знали. С нашей деревней не было сообщения по реке. Титаны добрались до нас раньше новостей.
Старая легенда, которую мы с Райнером и Анни придумали перед вступлением в кадетский корпус, практически непроверяемая, а потому прекрасно подходящая для наших целей.
- В деревне было не спрятаться. Мы бежали к лесу, чтобы переждать там до темноты. Тогда на нас и напала та титанша, - я помолчал, нервно растирая запястье. Неприятные воспоминания были слишком уж красочными, сочетать их с выдумкой было тошно. - Семиметровая, кажется. Она пыталась схватить Райнера, но Берик его оттолкнул. В общем... - я болезненно поморщился, - Райнер спасся, а Берик – нет. . Я даже толком не помню, как мы до леса добрались. А как только стемнело и титаны замерли, все, кто уцелел, направились к Тросту. Добрались единицы.
Я сам от себя не ожидал такой уверенной лжи. Что ж, с волками жить, как говорится…
- Мы были уверены, что Берик погиб, - продолжил я, вынырнув из не слишком приятных мыслей. - Потому Райнер так и злился – за пять лет ни разу не подать вести… Впрочем, теперь это всё уже неважно.
В горле немного першило. Я уже давно столько не говорил.
Саша выглядела обескураженной и будто бы потерянной – мне даже как-то совестно стало.
- Знаешь, я даже рад, что ты за нами пошла, - я неловко улыбнулся. Не умею я подбадривать людей. Но попытаться-то стоило? - Спасибо за заботу.

@темы: Берик, Детское, Райнер, Саша

05:17 

Запись восемнадцатая

Метеорологическая станция им. Б. Гувера
Берик говорил, Райнер комментировал его рассказ деловитым хмыканьем, а я молчал. Не потому, что мне нечего было сказать – было, ещё как было! – просто боялся сорваться. Так и стоял, уткнувшись лицом в ладони, и сам не знаю, что я пытался сдержать – смех или слёзы. Только истерики не хватало. Соберись, Гувер, не ребёнок уже.
А история, надо сказать, была презанятнейшей. Неправдоподобной даже, но я уже давно смирился с тем, что в этом безумном мире произойти может даже самое невероятное. И это самое «невероятное» сейчас стояло перед нами и вещало.
- Я заслужил прощение? – наконец, Берик улыбнулся, и я будто мигом перенёсся обратно в детство – в ту его часть, где не было ещё ни дороги на Марию, ни мучительных тренировок… А затем Берик подался вперёд и крепко обнял нас с Райнером.
Мне показалось, что у меня хрустнули рёбра. Медвежья у него хватка, с детства такая была…
- Вот ведь мелкие балбесы, - сдавленно просипел Берик у меня над ухом. – Вы б знали, как меня из-за вас перетрясло, и вы тут ещё выкаблучиваетесь, а?!
Я снова промолчал – только вцепился в его куртку и до боли закусил губу, силясь сдержать такие неподобающие возрасту эмоции.
Берик с Райнером перебросились парой слов – я не прислушивался – мне с головой хватало почти забытого ощущения тепла.
- Что притих, Бертль? – снова раздалось над ухом, и широкая тёплая ладонь скользнула по моим волосам. Я как-то придушенно всхлипнул и уткнулся лицом в его плечо.
Кто бы мне сказал, что я превращусь в такую сентиментальную тряпку… Впрочем, я бы поверил, кого я обманываю.
Берик негромко над чем-то посмеивался, так привычно-ласково ероша мне волосы, а я всё не смел разомкнуть объятия – просто стоял, спрятав лицо на его плече. Берик не отстранялся, и я был ему за это бесконечно благодарен.
Я не знаю, сколько мы так стояли. Едва ли очень долго.
- Что-что, но только с тобой подобное случиться могло, - наконец, подал голос Райнер. Я будто из-под толщи воды вынырнул, и нехотя расцепил руки. - Кто узнает - не поверит.
- А ты, Райни, сделай так, чтобы и не узнал никто, - Берик медленно отстранился, оправил покосившуюся куртку и задорно подмигнул. - Лишнее это, как ни крути.
Они перебросились ещё парой слов, усмехнулись, Берик назвал нас с Райнером «конспираторами доморощенными».
Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, пытаясь привести мыли в порядок.
- Наверное, нам стоит вернуться, - выдавил я, надеясь, что голос звучит не слишком сипло. – До того, как все начнут расходиться…
Возражений не последовало.
До основного штаба совсем недалеко, что может случиться на таком коротком отрезке пути…

Никогда не думайте, что ничего не случится. Именно на таких мыслях «что-нибудь» и происходит. В этот раз «что-нибудь» приняло форму невысокой худощавой фигурки, упавшей на свежевыпавший снег из кустов.
Значит, мне не чудился примешивающийся к нашим собственным запах.
Я всегда обладал очень хорошим зрением, отлично видел даже в почти полной темноте, а этот вечер слишком уж тёмным не был. Впрочем, даже не будь на небе ни единой звезды, не говоря уже об ущербной луне, я бы с лёгкостью определил человека по запаху.
Повисла неловкая тишина. Сам не узнавая собственный голос, я спросил:
- Cаша, не могла бы ты объяснить, почему ты здесь?
Фигурка на снегу закопошилась и села, сгруппировалась, как небольшой зверёк перед прыжком.
- Ну... капрал ещё беспокоился, что его бешеные огурцы повзрывались и семена разлетелись повсюду... так что он сказал, чтобы я проследила за их поведением. Вдруг, это, что-нибудь не так... – Саша забегала глазами. Райнер нахмурился.
- Огурцы, - Берик понимающе кивнул. – Бешеные. Зимой.
- Ладно-ладно! – зачастила Саша. - Да, я шла за вами с самого начала! Р-ребята, я просто очень боялась, что вы тут кулаки распускать начнёте и, вот, я, в общем, тут... простите, пожалуйста...
Я помолчал. Ситуация получалась, мягко говоря, не очень приятной…
- Не сиди на снегу, - наконец, вздохнул я и протянул ей руку. – Райнер, Берик, вы можете идти. Ва… вам наверняка найдётся, о чём поговорить, верно? - я неловко улыбнулся. - Я поясню ей ситуацию.
Райнер и Берик настороженно переглянулись.
- Ты сегодня просто лучишься энтузиазмом, - попытался пошутить Берик. Я не слишком искренне улыбнулся в ответ и поднял-таки Сашу на ноги.
Ситуация действительно была неприятной. Саша, конечно, девушка наивная, но очень неглупая и наблюдательная. Если она обратила внимание не некоторые детали из рассказа Берика…
Спасибо, возражать эти двое не стали – кивнули, пожелали удачи, и неспешным шагом направились в сторону штаба, вполголоса обсуждая новую модификацию УПМ, которую, по слухам, в скором времени планировали поставить на поток.
Я подождал, пока они немного отдалятся, и перевёл взгляд на оторопело молчавшую Сашу.
- Как много ты слышала? - спросил я, устало потерев переносицу. Пересказывать весь разговор нет смысла, если она уловила только отдельные слова. Неосмотрительно, очень неосмотрительно с нашей стороны… Надо было оглядеться. Странно, что никто не почуял присутствия постороннего человека. Вернее, почуяли, но не придали значения.
Теперь мне предстояло разгрести последствия такой халатности.

@темы: Саша, Райнер, Берик

03:54 

Запись двенадцатая + Голубиная почта - 16

Метеорологическая станция им. Б. Гувера
Ох я сегодня и переволновался. Нигде не мог найти книгу - старые северные сказки и мифы. Думал, я её на голубятне оставил, но когда пришёл - книги там не было. Обидно было до ужаса. Вечером снова зашёл, в слегка расстроенных чувствах - и, странное дело, нашёл книгу. И бутерброд. С запиской. Вернее, бутерброд с сыром, а записка - отдельно.
Саша-Саша, забавный ты человек. Добрый.

Собственно, на голубятне я и провёл остаток дня. Вернее, вечера. А если ещё точнее - до отбоя. Тогда мне на плечо и села очередная записка с прикреплённым к ней голубем.

Я никак не могу тебя нигде найти, поэтому пишу уже письмо с голубем. (Нет, серьёзно, мне правда кажется, что ты прячешься от меня!)
Бертль, хочешь с нами в конце недели пойти на посиделки? Ну, как раньше, когда мы ещё кадетами были. Алкоголя не будет, потому что капрал Ливай обещал устроить веселую жизнь каждому, кто будет отлынивать от службы из-за похмелья. Вот я и подумала наварить на всех сбитня - а то у нас добрая половина разведчиков ходит в соплях и с кашлем. Так что ты подключайся и не стесняйся - чем больше компания, тем веселее!

От Саши.


Привет. Странно, не думал, что я такой уж неуловимый. Ну да ладно.
Посиделки? Почему бы и нет. Было весело, думаю, и сейчас будет ничуть не хуже. Кстати, я слышал, через пару дней прибудет пополнение - небольшой отряд с северной границы. Можно будет заодно и раззнакомиться с новыми бойцами.
Спасибо за приглашение.
P.S. И нет, Саша, я тебя вовсе не избегаю. Я просто не знаю, как вести себя рядом с людьми, потому и ищу уединения. Ты уж прости интроверта.
P.P.S. Спасибо, что вернула книгу. И за бутерброд отдельное спасибо - сегодня готовил Армин, и мне как-то не очень хочется рисковать здоровьем...

@темы: Саша, Голубиная почта, Будни нашего отряда

Ich bin kein Soldat

главная